Патч 3.3.667

Мысль написать подобное пришла мне в голову ещё в начале лета, но решился я это сделать только сейчас.
Все имена, события итп вымышлены.
Продолжу я писать этот бред или нет - пока не знаю.

Король Лич уже который день сидел на троне, спрятав голову, увенчанную в давние времена короной Нер’Зула, в ладонях. Вся армия Плети чувствовала, как воля Господина над ними слабеет день ото дня, даже лёд, сковывающий ледяной трон, вновь таял.
- Ты чувствуешь, сын мой? Вокруг тебя сгущаются тени, свет воззвал к правосудию, тебе наконец-то придётся ответить за все прошлые грехи. Тебя призовут к ответу за все кровавые бесчинства, за все неописуемые ужасы, которые испытал этот мир, за все тёмные древние силы, что ты поработил. И хотя моя душа стала одной из первых жертв твоего зла, в этом клинке томятся тысячи других, и они вопиют об освобождении! Взгляни же на свои владения, сын мой, ибо армия света собирается у твоих врат! – Голос отца уже который день произносил одну и ту же фразу, и великий Король впервые решился ответить на неё. Он оторвал руки от лица и стал говорить, медленно, словно каждое слово доставляло ему ужасную боль:
- Отец! Как ты не видишь?! Я не могу, не могу драться с Этим! Я творил ужасы? Взгляни на них! Да, я хочу уничтожить жизнь, но разве без них мир не стал бы лучше? Взгляни на эту армию, отец, и даже ты, дух, заключённый в Ледяной Скорби, ужаснёшься! – Артас сделал судорожный вдох, сжал руку в кулак и ударил по подлокотнику трона. – Я ведь хотел дать героям шанс, отец. Я хотел дать шанс всем этим смертным, именно поэтому я призвал их сюда, дал маленький шанс выжить. Но посмотри на тех, кого этот глупец Тирион привёл за собой! У моих врат не армия паладинов, у моих врат стоят легионы Штормвинда, тысячи гонглов и няшек, странных на столько, что даже Мезорцид не сможет сделать подобных тварей! – Артас перевёл взгляд куда-то вдаль, словно видел все ужасы, которые описывал только что. – Их ведёт не Тирион, отец. Они отринули веру в свет и приняли что-то другое, то что не способен понять даже я. Никто в мире не слышал об этом Первоапостоле. Всё, что мне известно о нём, он не демон и не древний бог, но сила веры в него сильна настолько, что…. – Король Лич замолчал, он, видимо, не мог даже представить себе будущее Азерота. Впервые Артас жалел о том, что не может пойти с верной армией в центр этого зла, а армия у его врат несомненно была злом, и уничтожить его. Не успеет, ведь они уже у его владений. Призрак, который, кажется, побледнел ещё больше, сжал плечо сына и исчез, тихим голосом пожелав ему победы.

Лагерь Пепельного Союза стоял в отдалении от армады, пришедшей штурмовать ледяной трон. Он казался песчинкой в море, которая нужна разве что каким-то неведомым силам, но при этом не способной повлиять на ход грядущего сражения.
- Дарион, скажи, неужели это мы во всём виноваты? О Свет, это ли наши союзники? – Моргрейн в это время рассматривал легион лавочников и не спешил с ответом на вопрос. По словам его шпионов, они несли свои личные лавки прямо из Штормвинда, а когда корабли Альянса отказались везти подобный груз на Север: не хватило бы места даже на провизию, весь легион куда-то пропал. Лишь лорд Болвар утверждал, что слышал далёкие всплески в воде, словно сотни маленьких лодок плыли вслед за флотом Штормвинда. Скорее всего, он был прав. Весь легион без потерь с успехом высадился в Нортренде, а на вопросы о том, как они добрались до Северной Земли, отвечали своей любимой поговоркой: «Лавка – лучший друг человека!». Верить подобному донесению или нет, верховный лорд Чёрного Клинка не знал.
- Но зато теперь у проклятого Короля нет шансов на победу, Тирион. Я видел в действии их план «двух отак», и он действительно поражает своей смертельностью. Они убили древнее зло, спавшее в Ульдуаре, победят и сейчас. Все павшие от руки Артаса или его слуг будут отомщены!
- Скажи, друг, а кем станем мы после союза с ними? Всё больше наших паладинов начинают говорить на их языке мемов. Они ходят на проповеди Ыпыскопа местной церкви, некоторые даже считают, что этот их Черносвет – тот же самый Свет, но при этом дающий больше сил! Ты можешь себе представить это? Они за пару месяцев сломали религию, которую мы распространяли среди Штормвиндцев несколько лет!
- Верю, Тирион, у меня всё хуже. Недавно в Штормвинде один из моих ры… бывших рыцарей поддался общему сумасшествию и, мне даже стыдно говорить, насрал в фонтан Штормвинда. А ведь это был дреней, а не орк или тролль! – Дарион прикрыл лицо ладонью. Этот новый жест, за пару недель ставший самым популярным на Азероте, прижился даже у консервативного Моргрейна. – Но мы уже не можем отступить. Мы привели их сюда и не можем оставить одних. Ведь если мы не останемся союзниками, то сможешь ли ты, Тирион, обещать нам, что Пепельный союз не станет их новым «врагом». Ты ведь знаешь их лозунг: «Сжечь его, она враги!». Им всё-равно с кем сражаться, они даже хуже алых крестоносцев… - рыцарь смерти замолчал и вновь посмотрел на лагерь союзников, откуда уже несколько часов раздавались странные крики. Видимо странные няшки вновь взывали к Принцессе Някляндской в другое измерение, откуда их когда-то призвал сам Первоапостол для борьбы с Артасом. Этим существам, нарисовать которых не взялся бы ни один художник, не хватало их любимых единорогов, блюющих радугой, хотя они сами и оставили своих любимцев вместе с обозами армии, подальше от предстоящей битвы, и по этому поводу они огласили своим громогласным рёвом «Ня!» промёрзшие вечным льдом окрестности последнего оплота Короля Лича. Армия нежити, спрятавшаяся за стенами цитадели, содрогнулась.